Полный текст сказки

В некотором царстве, в некотором государстве жил‑да‑был царь с царицей. У него было три сына — все молодые, холостые, удальцы такие, что ни в сказке сказать, ни пером написать. Младшего звали Иван‑царевич.

Однажды царь сказал сыновьям:
— Дети мои милые! Возьмите себе по стрелке, натяните тугие луки и пустите в разные стороны. На чей двор стрела упадёт — там и сватайтесь.

Пустил стрелу старший брат — упала она на боярский двор, прямо против девичьего терема.
Пустил средний брат — полетела стрела к купцу на двор и остановилась у красного крыльца, а на том крыльце стояла душа‑девица, дочь купеческая.
Пустил младший брат — попала стрела в грязное болото, и подхватила её лягуша‑квакуша.

Говорит Иван‑царевич:
— Как мне за себя квакушу взять? Квакуша — неровня мне!

Отвечает ему царь:
— Бери, знать, судьба твоя такова.

Вот поженились царевичи: старший — на боярышне, средний — на купеческой дочери, а Иван‑царевич — на лягуше‑квакуше.

Вскоре царь призвал сыновей и приказал:
— Чтобы жёны ваши испекли мне к завтрему по мягкому белому хлебу!

Воротился Иван‑царевич в свои палаты невесел, ниже плеч буйну голову повесил.
— Ква‑ква, Иван‑царевич! — спросила его лягуша. — Почто так кручинен стал? Аль услышал от отца своего слово неприятное?

— Как мне не кручиниться? — ответил царевич. — Государь мой батюшка приказал тебе к завтрему изготовить мягкий белый хлеб!

— Не тужи, царевич! Ложись‑ка спать‑почивать: утро вечера мудренее!

Уложила царевича спать, да сбросила с себя лягушечью кожу и обернулась душой‑девицей, Василисою Премудрою. Вышла на красное крыльцо и закричала громким голосом:
— Мамки‑няньки! Собирайтесь, снаряжайтесь, приготовьте мягкий белый хлеб, каков ела я, кушала у родного моего батюшки!

Наутро проснулся Иван‑царевич — у квакуши хлеб давно готов, и такой славный, что ни вздумать, ни взгадать, только в сказке сказать! Изукрашен хлеб разными хитростями, по бокам видны города царские и с заставами.

Царь принял хлеб, поблагодарил Ивана‑царевича и тут же отдал новый приказ:
— Чтобы жёны ваши соткали мне за единую ночь по ковру!

Опять воротился Иван‑царевич невесел, ниже плеч буйну голову повесил.
— Ква‑ква, Иван‑царевич! — вновь спросила его лягуша. — Почто кручинишься? Аль от отца услыхал слово неприветливое?

— Как же мне не кручиниться? — вздохнул царевич. — Государь мой батюшка велел за единую ночь соткать ему шёлковый ковёр!

— Не тужи, царевич! Ложись‑ка спать‑почивать: утро вечера мудренее.

Уложила его спать, а сама сбросила лягушечью кожу, обернулась Василисою Премудрою, вышла на красное крыльцо и крикнула:
— Мамки‑няньки! Собирайтесь, снаряжайтесь шёлковый ковёр ткать, чтоб таков был, на каком я сиживала у родного моего батюшки!

Как сказано, так и сделано. Наутро проснулся Иван‑царевич — у квакуши ковёр давно готов, и такой чудный, что ни вздумать, ни взгадать, разве в сказке сказать. Изукрашен ковёр златом‑серебром, хитрыми узорами.

Царь вновь поблагодарил Ивана‑царевича и объявил новый указ: чтобы все три царевича явились к нему на смотр вместе с жёнами.

Опять воротился Иван‑царевич невесел.
— Ква‑ква, Иван‑царевич! — обратилась к нему лягуша. — Почто кручинишься?

— Как же мне не кручиниться? — сказал царевич. — Государь мой батюшка велел, чтобы я с тобой на смотр приходил. Как я тебя в люди покажу?

— Не тужи, царевич! Ступай один к царю в гости, а я вслед за тобой буду. Как услышишь стук да гром, скажи: «Это моя лягушонка в коробчонке едет!»

Старшие братья явились на смотр со своими жёнами, разодетыми, разубранными. Стоят да над Иваном‑царевичем смеются:
— Что же ты, брат, без жены пришёл? Хоть бы в платочке принёс! И где ты эдакую красавицу выискал? Чай, всё болото исходил!

Вдруг поднялся великий стук да гром — весь дворец затрясся. Гости крепко напугались, повскакали со своих мест и не знают, что им делать. А Иван‑царевич говорит:
— Не бойтесь, гости дорогие! Это моя лягушонка в коробчонке приехала!

Подлетела к царскому крыльцу золочёная коляска, в шесть лошадей запряжена, и вышла оттуда Василиса Премудрая — такая красавица, что ни вздумать, ни взгадать, только в сказке сказать! Взяла Ивана‑царевича за руку и повела за столы дубовые, за скатерти браные.

Стали гости есть‑пить, веселиться. Василиса Премудрая испила из стакана да последки себе за левый рукав вылила; закусила лебедем да косточки за правый рукав спрятала. Жёны старших царевичей увидали её хитрости, давай и себе то же делать.

Пошла Василиса Премудрая танцевать с Иваном‑царевичем. Махнула левой рукой — сделалось озеро; махнула правой — и поплыли по воде белые лебеди. Царь и гости диву дались!

А старшие невестки пошли плясать: махнули левым рукавом — только гостей забрызгали; махнули правым — кость царю прямо в глаз попала! Царь рассердился и прогнал обеих невесток.

Тем временем Иван‑царевич улучил минуточку, побежал домой, нашёл лягушечью кожу и спалил её на огне.

Приезжает Василиса Премудрая, хватилась — нет лягушечьей кожи. Села она на лавку, запечалилась, приуныла и говорит царевичу:
— Ах, Иван‑царевич! Если бы ты немного подождал, я бы навеки твоей была. А теперь прощай! Ищи меня за тридевять земель, в тридесятом царстве, у Кощея Бессмертного. Три года мне осталось быть лягушкой — за то, что я хитрей, мудрей своего отца уродилась. Он за это осерчал и велел мне три года в лягушачьем облике ходить.

Сказала — обернулась белой лебедью и улетела в окно.

Иван‑царевич залился слезами, упал на землю, простился с местом, где жил счастливо, и пошёл искать жену. Шёл он долго, сам не зная куда. Встретил старого старичка. Рассказал ему про своё горе. Старичок и говорит:
— Эх, Иван‑царевич, зачем ты лягушечью кожу спалил? Не ты её надел, не тебе её было снимать. Ну, делать нечего — вот тебе клубок: куда он покатится, туда и ты ступай за ним смело.

Поблагодарил Иван‑царевич старичка и пошёл за клубочком. Клубок катится, он за ним идёт.

В чистом поле попадается ему медведь. Иван‑царевич нацелился, хочет убить зверя. А медведь говорит ему человеческим голосом:
— Не бей меня, Иван‑царевич, когда‑нибудь тебе пригожусь.

Пожалел царевич медведя, не стал стрелять, пошёл дальше. Глядь — летит над ним селезень. Нацелился Иван‑царевич, а селезень говорит человеческим голосом:
— Не бей меня, Иван‑царевич, я тебе сама пригожусь.

Пошёл царевич дальше, видит — бежит косой заяц. Прицелился, а заяц провещал:
— Не бей меня, Иван‑царевич, я тебе сам пригожусь.

Шёл Иван‑царевич долго ли, коротко ли — прикатился клубочек к избушке. Стоит избушка на куриных лапках, кругом повёртывается.

Вошёл царевич в избушку, а там сидит Баба‑яга. Спросил её Иван‑царевич о Василисе Премудрой. Указала Яга, в каком месте растёт дуб, где спрятана смерть Кощея.

Пришёл Иван‑царевич к тому дубу. Не знает, что ему делать, как сундук достать. Вдруг прибежал медведь, выворотил дерево с корнем — сундук упал и разбился вдребезги.

Выбежал из сундука заяц — и наутёк во всю прыть. А за ним другой заяц гонится, нагнал и в клочки разорвал. Из зайца вылетела утка, поднялась высоко‑высоко.

Кинулся за ней селезень, ударил — утка яйцо выронила, и упало оно в синее море.

А там, у самого берега, плавала щука. Подхватила она яйцо, принесла Ивану‑царевичу. Взял царевич яйцо, осторожно разломил — и тут же на глазах у него из яйца выскочил иглой. Это и была смерть Кощея Бессмертного.

Лопнула игла — и Кощей Бессмертный умер. В тот же миг расколдовалась Василиса Премудрая: сбросила с себя чары, предстала перед Иваном‑царевичем во всей своей красе.

Иван‑царевич обнял жену, поцеловал и сказал:
— Ну, милая моя Василиса Премудрая, теперь мы можем вернуться домой!

И отправились они в обратный путь. По дороге Иван‑царевич встретил тех самых зверей, которых пожалел: медведя, селезня и зайца. Все они благодарили царевича за доброту и провожали его с Василисой до самого царства.

Вернулись Иван‑царевич с Василисой Премудрой домой. Царь, увидев красавицу‑невестку, обрадовался, обнял её и благословил молодых. Зажили они счастливо: Иван‑царевич и Василиса Премудрая — в любви и согласии, а царь — в радости за детей.

Стали они жить‑поживать, добра наживать. И поныне там живут, нас с вами в гости ждут.

Как царевичи нашли невест

Пустил стрелу старший брат — упала она на боярский двор, прямо против девичьего терема. Пустил средний брат — полетела стрела к купцу на двор и остановилась у красного крыльца, а на том крыльце стояла душа‑девица, дочь купеческая. Пустил младший брат — попала стрела в грязное болото, и подхватила её лягуша‑квакуша.

Говорит Иван‑царевич: «Как мне за себя квакушу взять? Квакуша — неровня мне!» Отвечает ему царь: «Бери, знать, судьба твоя такова».

Испытания царя

Первый приказ: испечь хлеб

Вскоре царь призвал сыновей и приказал: «Чтобы жёны ваши испекли мне к завтрему по мягкому белому хлебу!»

Воротился Иван‑царевич в свои палаты невесел… Лягуша успокоила его и за ночь изготовила хлеб такой славный, что «ни вздумать, ни взгадать, только в сказке сказать».

Второй приказ: соткать ковёр

Царь велел: «Чтобы жёны ваши соткали мне за единую ночь по ковру!»

Лягуша вновь справилась: ковёр вышел «чудный», изукрашенный златом‑серебром и хитрыми узорами.

Третий приказ: явиться на смотр с жёнами

Когда Иван‑царевич забеспокоился, как показать лягушку людям, она велела ему прийти одному, а сама прибыла в золочёной коляске — обернулась Василисой Премудрой, красавицей невиданной.

Она танцевала, сотворила озеро и лебедей, чем восхитила царя и гостей. Жёны старших братьев, пытаясь повторить её хитрости, лишь осрамились.

Ошибка Ивана‑царевича и разлука

Иван‑царевич, не дождавшись срока, спалил лягушечью кожу. Василиса Премудрая сказала: «Теперь прощай! Ищи меня за тридевять земель, в тридесятом царстве, у Кощея Бессмертного». Обернулась белой лебедью и улетела.

Поиски Василисы Премудрой

Иван‑царевич отправился в путь. Встретил старичка, получил клубок‑проводник. По дороге пожалел медведя, селезня и зайца — все обещали отплатить добром.

Дошёл до избушки на курьих ножках, узнал от Бабы‑яги, где спрятана смерть Кощея: на конце иглы, в яйце, в утке, в зайце, в сундуке на дубу.

Победа над Кощеем и возвращение домой

• Медведь выворотил дуб — сундук разбился.
• Заяц настиг зайца‑беглеца и разорвал его.
• Селезень догнал утку — она выронила яйцо.
• Щука достала яйцо из моря.

Иван‑царевич разломил яйцо, сломал иглу — Кощей умер, а Василиса Премудрая освободилась от чар.

Вместе они вернулись в царство. Царь благословил молодых. Стали жить‑поживать, добра наживать.

Мораль сказки

Сказка учит:

• терпению и верности слову;
• доброте и милосердию (пощажённые звери помогли в беде);
• осторожности в поступках (поспешность Ивана‑царевича привела к испытаниям).

Конец. И поныне там живут, нас с вами в гости ждут.

Читайте также:

Читать другие русские сказки

Сказки про Бабу Ягу

Другие сказки про царевну